Мюррей Лейнстер. Этические уравнения






Очень, очень странно. Конечно, Этические уравнения устанавливают связь между поведением человека и теорией вероятности и математически доказывают, что при той или иной системе поведения возрастает вероятность совершенно определенных совпадений. Но никто никогда не ждал от них прямой практической пользы. Считалось, что это просто теория, которая едва ли способна на кого-то повлиять.
Прежде всего, уравнения эти очень сложны. Они учитывают, что система поведения, идеальная для одного человека, для другого оказывается далеко не лучшей. К примеру - и это вполне естественно - у политического деятеля понятия о чести совсем иные, чем у того, кто работает в Космическом патруле. И все же, по крайней мере в одном случае...


Гость из далекого космоса был длиною в полторы тысячи футов и около ста пятидесяти в поперечнике, а странно вздутая носовая часть, напоминавшая рыбью голову, еще шире - двести футов с изрядным лишком. Чуть позади этой вздутой части находились какие-то клапаны, совсем как жабры, а в целом, если посмотреть со стороны, - точь-в-точь безглазая чудовищная рыба плавает в черной пустыне за Юпитером. Но приплыла она из бездны, где уже не ощущалось притяжение Солнца, двигалась явно не по замкнутой орбите - для этого ее скорость была чересчур велика - и медленно, бесцельно, бестолково поворачивалась вокруг своей оси.
Маленький космокрейсер "Арнина" осторожно подбирался ближе. Фредди Холмс, который от самого Марса был на положении отверженного, теперь позабыл обо всех своих горестях, о загубленной карьере и, стиснув руки, в волнении смотрел на эту диковину.
- На сигналы оно не отвечает, сэр, - доложил связист. - Мы вызывали его на всех частотах. Радиации не обнаружено. Есть очень слабое магнитное поле. Температура на поверхности - четыре градуса выше абсолютного нуля.
Командир "Арнины" что-то буркнул себе под нос. Потом сказал:
- Подойдем к борту.
Потом он посмотрел на Фредди Холмса и процедил сквозь зубы:
- Впрочем, нет. Принимайте командование, мистер Холмс.
Фредди вздрогнул. От волнения у него даже на минуту вылетело из головы, в какой он попал переплет. Однако нескрываемая враждебность во взгляде капитана и всех, кто был в рубке, сразу ему об этом напомнила.
- Теперь командуете вы, мистер Холмс, - с горечью повторил капитан. - У меня такой приказ. Вы первый обнаружили эту штуку, и ваш дядюшка просил в Штабе, чтобы вам предоставили право руководить исследованиями. Власть в ваших руках. Приказывайте!
В голосе капитана звучало бешенство. В самом деле, ему, капитан-лейтенанту, велено стать под начало младшего по чину. Уже и это не сладко. А главное, впервые человечество встречается с иным разумом, пришельцем из другой солнечной системы - и заправлять встречей поручено какому-то лейтенантишке, только потому, что у него есть своя рука в правительстве!
Фредди сглотнул комок, застрявший в горле.
- Я... я... - он снова глотнул и сказал жалобно: - Сэр, я уже пытался объяснить... Теперешнее положение вещей мне так же неприятно, как и вам. Я хотел бы... Разрешите, я опять передам вам командование, сэр, а сам буду подчиняться...
- Нет уж! - мстительно оборвал капитан. - Командуйте сами, мистер Холмс. Ваш дядюшка нажал наверху все кнопки, чтоб это устроить. Мне велено выполнять ваши распоряжения, а нянчиться с вами, ежели для этой работы у вас кишка тонка, я не обязан. Взялись, так справляйтесь! Какие будут приказания?
Фредди стиснул зубы.
- Что ж, хорошо, сэр. Это явно корабль и, судя по всему, покинутый. Будь на нем команда, он не вошел бы в нашу солнечную систему с выключенным двигателем и не мотался бы так бестолково. Держитесь на том же расстоянии. Я возьму бот, одного добровольца, - подыщите мне кого-нибудь, - и осмотрю этот корабль.
Холмс повернулся и вышел. Две минуты спустя, когда он втискивался в скафандр, в отсек ввалился веселый, оживленный лейтенант Бриджес.
- Мне разрешили отправиться с вами, мистер Холмс, - бойко доложил он и расплылся в блаженной улыбке. - Ну и здорово же!
Через три минуты от крейсера отвалил космический бот - крохотное открытое суденышко, предназначенное для быстрой переброски людей и материалов. Странно было сидеть в этой скорлупке, похожей на паука, и смотреть, как приближается гладкий, слепой корпус неведомого исполина. Словно перебравшись через чудовищный ров, полный не водою, а звездами, они приблизились к заколдованному замку.
Однако "замок" был вполне реален. Ролики бота мягко коснулись металла.
- Притягивает! - пробормотал Бриджес, очень довольный. - Можно стать на магнитный якорь. Дальше что делать?
- Поищем входной люк, - ответил Фредди. И прибавил: - Эти отверстия, похожие на жабры, скорей всего - дюзы. Они у него в головном конце, а не в хвосте. Автопилота у этих пришельцев, видимо, нет.
Бот пополз по металлической шкуре великана-чужака, точно муха по выброшенному на берег киту.
- Никаких люков, сэр! - превесело объявил Бриджес. - Может, прорежем дырку и залезем внутрь?
- Гм-м, - задумчиво промычал Фредди. - У наших кораблей двигатель в хвосте, а рубка впереди; груз поступает в среднюю часть, и тут мы с вами искали люк. Но у этого двигатель расположен в головной части. Тогда рубка, наверно, в середине. А если так, то загружаются они, пожалуй, с кормы. Ну-ка, поглядим.
Бот пополз к корме чудовища.
- Вот он! - сказал Фредди.
Ни у одного корабля в солнечной системе не было таких люков. Дверца мягко скользнула вбок. Была и вторая, внутренняя дверь, но и она открылась так же легко. Не засвистел, вырываясь наружу, воздух, и вообще непонятно было, должен ли этот тамбур играть роль воздушного шлюза.
- Воздуха не осталось, - сказал Фредди. - Ясное дело, корабль покинут.
Магнитные якоря бота намертво прилипли к чужаку. Два лейтенанта вступили внутрь корабля.
Огромная загадочная махина, необыкновенно похожая на слепую рыбину, по-прежнему плавала в пустоте. Свет далекого Солнца, хоть и очень слабый здесь, за Юпитером, отражаясь от металлической поверхности, все же слепил глаза. Казалось, чужак недвижно повис в пространстве, окруженный со всех сторон бесконечно далекими, немигающими звездами. Крейсер Космического патруля, точеный, опрятный, держался наготове за полторы мили от пришельца. Словно бы ничего необычайного не происходило.


Когда Фредди возвратился в капитанскую рубку, лицо его было немного бледно. На лбу еще виднелся красный след от шлема. Вслед за Холмсом вошел лейтенант Бриджес. Минуту все молчали. Потом Бриджес бойко отрапортовал:
- Разрешите доложить, сэр, из добровольной вылазки прибыл, возвращаюсь на свой пост.
Капитан угрюмо поднес руку к фуражке. Бриджес четко повернулся на каблуках и вышел. Капитан поглядел на Фредди с бессильной яростью, какую может испытывать только старший по чину, когда ему велено доказать, что его подчиненный болван, а на поверку в дураках остался он сам вместе с теми, кто отдал ему этот приказ. Поневоле взбесишься! Фредди Холмс, желторотый юнец, офицер без году неделя, едва попав на Луну, на Станцию наблюдения за астероидами и метеоритными потоками, заметил небольшое неизвестное тело, приближающееся из-за Нептуна. Для постоянного обитателя нашей солнечной системы скорость тела была слишком велика, и Холмс сообщил, что это пришелец извне, и предложил немедленно его исследовать. Но младшим офицерам не положено совершать открытия. Это нарушает традицию, а в Космическом патруле традиция - это своего рода Этическое уравнение. И Холмсу порядком влетело за самонадеянность. Но он дал сдачи, объяснив, что Этические уравнения, безусловно, относятся и к научным исследованиям. Первый же предмет, попавший в нашу солнечную систему извне, должен быть исследован. Ясно и недвусмысленно. И Фредди повел себя так, как отнюдь не подобает младшему в Космическом патруле: он не стал держать язык за зубами.
Отсюда все и пошло. У Фредди имелся дядюшка, который занимал какой-то там государственный пост. Дядюшка предстал перед Управлением Космической патрульной службы и учтиво намекнул, что племянник сделал важное открытие. Далее он доказал, как дважды два, что отмахиваться от значительного открытия только потому, что сделал его младший офицер, попросту смехотворно. И Управление, разъяренное посторонним вмешательством, распорядилось доставить Фредди Холмса к обнаруженному им предмету, по прибытии на место полностью передать названному Холмсу командование крейсером и произвести предложенные им исследования. По всем законам вероятности, нахал вынужден будет доложить, что глыба вещества, залетевшая откуда-то извне, ничуть не отличается от глыб, которые летают в пределах нашей солнечной системы. И уж тогда Управление отыграется! Будут знать дядюшка с племянником, как совать свой нос, куда не просят!
А между тем оказалось, что глыба вещества - не простая глыба, а похожий на огромную рыбу космический корабль, создание иной цивилизации. Оказалось, сделано важное открытие. И все складывалось так, что человеку, проникнутому традициями Патрульной службы, впору скрипеть зубами от злости.
- Это космический корабль, сэр, - ровным голосом сказал Фредди. - Двигатели у него атомные, реактивные, расположены где-то в носовой части. Управление, видимо, только ручное. И, видимо, в машинном отделении был взрыв, и большая часть горючего потеряна - оно улетучилось через дюзы. После этого корабль оказался беспомощным, хотя машины кое-как залатаны. Сейчас он по инерции падает к Солнцу, и можно рассчитать, что в теперешнем состоянии он находится уже примерно две тысячи лет.
- В таком случае, насколько я понимаю, на борту никто не остался в живых, - язвительно заметил капитан.
- Это как раз одна из сложностей, которые тут возникают, сэр, - ровным голосом произнес Фредди; он все еще был очень бледен. - В помещениях корабля воздуха нет, но резервуары полны. В отсеках, где, видимо, хранится продовольствие, осталось еще много всего. Команда не умерла с голоду и не задохнулась. Просто корабль потерял почти весь запас горючего. Тогда, видимо, команда подготовила его к тому, чтобы он мог сколько угодно времени дрейфовать в пространстве и... (Фредди запнулся) и похоже, что все они погрузились в анабиоз. Они на борту, в таких прозрачных ящиках... и к ящикам подсоединены какие-то механизмы. Может быть, они надеялись, что их рано или поздно подберут свои же корабли.
Капитан озадаченно поморгал:
- Анабиоз? Они живые? - и вдруг резко спросил: - А что это за корабль? Грузовой?
- Нет, сэр, - ответил Фредди. - Тут еще одна сложность. Мы с Бриджесом сошлись на том, что это военный корабль, сэр. Там установлены в ряд генераторы, и они питают какие-то штуки... безусловно, это оружие, ни на что другое не похоже. Судя по всему, оно работает по принципу притяжения и отталкивания... и там есть электронные лампы, но они, очевидно, действуют при холодных катодах. Судя по кабелям, которые к ним подсоединены, там сила тока достигает тысяч ампер. Так что сами понимаете, сэр.
Капитан шагал по рубке - два шага гуда, два обратно. Огромное, потрясающее открытие! Но ему дана совершенно ясная инструкция.
- Командуете вы, - сказал он упрямо. - Что будете делать?
- Буду работать, пока не свалюсь, - уныло ответил Холмс. - И, наверно, еще несколько человек загоняю. Хочу облазить эту махину вдоль и поперек с измерительными приборами и телекамерами, все осмотреть, заснять и передать вам сюда. Мне нужны операторы, а наши специалисты на борту пускай дают им указания, каждый по своей части. Я на этом корабле ни к чему не притронусь, пока у меня каждая заклепка и каждая проволочка не будет снята на пленку.
- Что ж, это не так глупо, - проворчал капитан. - Хорошо, мистер Холмс, будет сделано.
- Спасибо, - сказал Фредди, двинулся было к выходу и остановился. - Надо поосторожнее отобрать, кого посылать с приборами, - прибавил он. - Впечатлительные люди не годятся. Те, на корабле... с виду они даже чересчур живые, и на них не слишком приятно смотреть. И потом... э-э... саркофаги, в которых они лежат, открываются изнутри. Это еще одна сложность, сэр.
Он вышел. Капитан заложил руки за спину и свирепо зашагал из угла в угол. Первый предмет, который залетел к нам из звездных пространств, оказался космическим кораблем. Вооружение у него такое, что и представить трудно. Надо его исследовать, - а ты, заслуженный капитан-лейтенант, изволь подчиняться мальчишке только-только из академии. А все политика! Капитан "Арнины" скрипнул зубами.
И вдруг до него дошло то, что сказал напоследок Фредди. Пластиковые саркофаги, где в анабиозе лежит команда чужого корабля, открываются изнутри. Изнутри!
На лбу у капитана проступил холодный пот.


Теперь корабли соединялись гибким тросом, и их вместе несло к Солнцу. Рядом с огромным чужаком крейсер казался мошкой.
До Солнца было очень далеко, разумеется, оно светило ярче любой звезды и излучало беспощадную - радиацию, но нисколько не грело. Со всех сторон виднелись невообразимо далекие искорки света - звезды. В поле зрения только одно небесное тело обладало сколько-нибудь заметными размерами. Это был Юпитер - его узкий серп, словно только что народившийся месяц, светился на двадцать миллионов миль ближе к Солнцу и на восемьдесят миллионов миль в стороне. Все остальное было пустота.
Крохотный космобот, словно паучишка, скользил по тросу между двумя кораблями. Причалил к крейсеру, вышли люди в скафандрах, тяжело затопали магнитными подошвами к люку. Нырнули внутрь.
Фредди вошел в рубку. Капитан сказал хрипло:
- Мистер Холмс, разрешите обратиться с просьбой. По приказу Управления вы командуете "Арниной", пока не кончите изучать тот корабль.
- Да, сэр. А в чем дело? - рассеянно отозвался Фредди.
Он осунулся, лицо у него было измученное.
- Я хотел бы отослать подробный доклад обо всем, что вы уже обнаружили, - настойчиво сказал капитан. - Поскольку здесь командуете вы, я не могу это сделать без вашего разрешения.
- Я предпочитаю, чтобы вы этого не делали, сэр, - сказал Фредди и, несмотря на усталость, упрямо выпятил подбородок. - Если говорить начистоту, сэр, я думаю, в этом случае они отменили бы теперешний приказ и распорядились совсем иначе.
Капитан прикусил губу. Он именно этого и хотел. Телекамеры уже передали полное и точное изображение чуть ли не всего, что только можно было увидеть на чужом корабле. И все это есть на пленке. Капитан уже видел и самих пришельцев - ну и чудища!
Специалисты по электронике на "Арнине" бродили в каком-то восторженном обалдении, что-то чертили, рассчитывали, показывали друг другу и почтительно пялили глаза на то, что у них получалось. Артиллерист корпел над схемами и чертежами оружия, о каком прежде не мог и мечтать, и, просыпаясь по ночам, торопливо шарил - здесь ли они, не привиделись ли во сне... Техника, чьим детищем был чужой корабль, опередила земную на десять тысяч лет. Ее секреты стремительно перекачивались на крейсер землян. Но саркофаги, где покоилась в анабиозе команда пришельца, открывались изнутри...
- И все-таки, мистер Холмс, я вынужден просить разрешения отослать рапорт, - взволнованно повторил капитан.
- Но сейчас командую я, - устало сказал Фредди. - И я намерен командовать и дальше. Я подпишу приказ, который запретит вам отсылать рапорт, сэр. Если вы его нарушите, это будет бунт.
Капитан побагровел.
- А вы понимаете, что провода от этих гробов ведут к термобатареям во внешней обшивке корабля? Чудища знали, что без энергии им не выжить, и знали, что в любой солнечной системе они энергию получат! Вот они и рассчитали так, чтоб подойти поближе к нашему Солнцу при минимальном расходе энергии, оставили в запасе, сколько надо для посадки, а сами погрузились в анабиоз, а когда придет время браться за работу, термобатареи их разбудят!
- Правильно, сэр, - все так же устало подтвердил Фредди. - По крайней мере, мужества у них хватало. А как бы теперь поступили вы?
- Доложил бы в Главный штаб! - яростно крикнул капитан. - Доложил бы, что это - военное судно, которое способно разнести в пыль весь каш Патрульный флот и взорвать наши планеты! Сообщил бы, что экипаж - чудовища, что сейчас они, к счастью, беспомощны, но у них еще хватит горючего, чтобы сманеврировать и приземлиться. И просил бы разрешения выкинуть их вместе с гробами с корабля и уничтожить! А потом я бы...
- Я сделал проще, - сказал Фредди. - Отключил термобатареи. Сейчас эти существа ожить не могут. А теперь уж простите, я пойду несколько часов посплю...
Он ушел к себе в каюту и повалился на койку.


Люди с измерительными приборами и телепередатчиками продолжали осматривать каждый квадратный дюйм безжизненного чудовища. Они работали в скафандрах. Чтобы наполнить воздухом нутро гиганта, "Арнине" пришлось бы истратить весь свой запас. В шлемофонах звучали советы и распоряжения из лабораторий "Арнины". До сих пор на чужом корабле ничего и пальцем не тронули. Таков был приказ Фредди Холмса. Из каждого предмета извлекали всю возможную информацию, но ни одной мелочи с собой не взяли. Даже химические анализы делали дистанционными методами.
А на Фредди по-прежнему смотрели косо. Главный механик честил его на все корки. Ведь вот двигатели чужака... После взрыва, который когда-то вывел двигатели из строя, пришельцы все-таки их починили, - и уж до того соблазнительно было бы в них покопаться... Специалист по физической химии тоже предпочел бы сделать кое-какие анализы собственными руками. И все и каждый - от последнего мальчишки-стажера до капитана - жаждали завладеть какой-нибудь вещичкой, сработанной чужими, ничуть не похожими на людей существами, которые на десять тысяч лет опередили человечество. Вот на Фредди и смотрели косо.
Но не только это мучило его. Этические уравнения доказывают, как дважды два, что вероятность и этика нераздельны и если, приступая к любому делу, нарушить законы порядочности и чести, бессмысленно ждать, чтобы оно принесло плоды, достойные восхищения. Фредди начал с того, что нарушил дисциплину (а она ведь тоже своего рода этика), а потом еще дядюшка припутал к Патрульной службе политику. И это уже прямое преступление. А значит, согласно уравнениям, вероятность самых пагубных совпадений будет безмерно возрастать, пока новые, этически безупречные действия не устранят зло, вызванное первоначальными беззакониями. Но как же все-таки сейчас надо действовать? Непонятно, хоть убей!


Он проснулся разбитый, тупо уставился в потолок. И тут к нему постучали. Это был Бриджес с кипой бумаг.
- Ну, вот! - весело заявил он, едва Фредди открыл дверь. - Все мы просто счастливчики!
Фредди взял у него бумаги.
- Что случилось? Капитан все-таки испросил новый приказ и меня отправляют под арест?
Бриджес расплылся до ушей и ткнул пальцем в бумажные листы. Это был отчет специалиста, в обязанности которого входил точный анализ состава малых небесных тел.
"Элементы, обнаруженные на внеземном корабле" - гласил заголовок. Фредди стал просматривать бумагу. Никаких тяжелых элементов, остальное все знакомо. Он вспомнил, что в одном из баков чужака хранится чистый азот, и главный механик в молчаливом бешенстве ломал себе голову: как пришельцы умудрялись получать из азота атомную энергию? Фредди посмотрел в конец списка. Самым тяжелым элементом на корабле оказалось железо.
- В чем же тут счастье? - спросил он.
Бриджес опять ткнул пальцем. Привычные символы сопровождались непривычными коэффициентами атомного веса: H3, Li5, Be8... Холмс недоуменно замигал. Посмотрел еще: N15, F18, S34, S35... Вытаращил глаза. Бриджес ухмыльнулся.
- Прикиньте-ка, сколько стоит этот кораблик! - сказал он весело. - "Арнина" гудит, как улей. Призовые деньги нам, патрульным, не полагаются, зато можно получить пять процентов за спасение имущества. Тритий на Земле известен, но в чистом виде его никогда еще не получали. А литий-пять, бериллий-восемь, азот-пятнадцать, кислород-семнадцать, фтор-восемнадцать, сера-тридцать четыре и тридцать пять - да такого на Земле просто не существует! Весь этот корабль состоит из неслыханных изотопов, в нашей Солнечной системе их просто нет! А за чистые изотопы знаете сколько платят? Теперь мы на "Арнине" богачи, всем до самой смерти хватит. А вы теперь у нас - первый человек!
Фредди даже не улыбнулся. Заговорил медленно:
- Азот-пятнадцать... Он у них был в оставшемся баке для горючего. Он поступает в очень странную, совсем маленькую алюминиевую камеру - мы никак не могли понять, что это такое, - а оттуда в дюзы двигателя. Понимаю...
Фредди был белый, как полотно. А Бриджес ликовал:
- Сто тысяч тонн материалов, каких на Земле просто не существует! Настоящие изотопы, в огромном количестве! И никаких примесей! Дружище, мне-то вы сразу пришлись по душе, но все наши вас терпеть не могли. А теперь - идите и наслаждайтесь, все вас обожают!
Фредди не слушал.
- А я все гадал, для чего та алюминиевая камера, - бормотал он. - С виду она совсем немудреная, не поймешь, при чем тут...
- Пойдем к нашим, выпьем! - весело тормошил его Бриджес. - Грейтесь в лучах славы! Заводите друзей, покоряйте умы и сердца!
- Нет уж, - Фредди невесело улыбнулся. - Потом меня все равно повесят. Гм-м. Мне надо потолковать с главным механиком. Нам нужно добиться, чтобы эта махина двигалась своим ходом. Она слишком велика, чтоб тащить ее на буксире.
- Так ведь в ее двигателях никто не может разобраться! - запротестовал Бриджес. - Похоже, что азот тоненькой струйкой поступает в эту дурацкую камеру, там с ним что-то происходит, и он через алюминиевые щитки течет в дюзы - только и всего! Уж очень это просто! Ну как вы заставите такую штуку работать?
- Кажется, это и правда проще простого, - сказал Фредди. - Весь корабль построен из таких изотопов, каких на Земле нет. Впрочем, тут есть еще алюминий и углерод. Они на корабле точно такие же, как у нас. Но почти все остальное...
В лице у Фредди не было ни кровинки. Казалось, его грызет нестерпимая боль.
- Мне нужны два бака, их надо сделать из алюминия и заполнить азотом. Сойдет и обыкновенный воздух... И нужен автопилот. Его тоже надо сделать из алюминия, а прокладки из графита...
Он поглядел на Бриджеса и хмуро усмехнулся.
- Вы когда-нибудь слыхали про Этические уравнения, Бриджес? Кто бы подумал, что они помогут решить задачу космического пилотажа, правда? А вот, представьте, помогли. Теперь мне нужен главный механик, пускай все это соорудит... Я рад, что успел с вами познакомиться, Бриджес...
Бриджес вышел, а Фредди Холмс провел языком по пересохшим губам и сел чертить эскизы для главного механика.


На корабле чудовищ машинный отсек не был отделен от капитанской рубки. Это огромное шарообразное помещение заполняли приборы диких для земного глаза очертаний. Впрочем, Холмсу и Бриджесу они больше не казались такими уж дикими. Оба проторчали среди этой аппаратуры восемь дней, поняли, как она действует, и почти освоились с нею. А все же им стало жутковато, когда они пристегнулись перед пультом управления, освещенным только их походными фонариками, и в последний раз окинули взглядом алюминиевые запасные части, сработанные бог весть на какой планете, под иным солнцем.
- Если получится, нам крупно повезло, - сказал Фредди и судорожно глотнул. - Вот так включается двигатель. Ну, Бриджес, ни пуха, ни пера!
Фредди чуть-чуть, на волос передвинул причудливой формы рычажок. По огромному корпусу корабля прошла едва уловимая дрожь, словно он готов был рвануться вперед. Через подошвы скафандров людям передалось от металлического каркаса чуть заметное колебание. Фредди облизнул пересохшие губы и тронул другой рычажок.
- Это, должно быть, освещение.
На экранах необычной формы проступили непонятные рисунки и силуэты. По кораблю разлилось сияние. Прежде, в резком белом свете ручных фонариков, людям все здесь было безмерно чуждо, почти отвратительно. А сейчас все преобразилось. Все вокруг переливалось всеми цветами радуги; в этом мягком сиянии круглые двери и коридоры, похожие на трубы, выглядели хоть и странно, но приятно. Фредди покачал головой, словно хотел, не снимая шлема, смахнуть выступившие на лбу капли пота.
- Дальше, наверно, обогрев, - проговорил он еще мрачней прежнего. - Это мы не тронем. Ни к чему! А вот двигатель попробуем.
Корабль дрогнул. И устремился вперед, легко набирая скорость. "Арнина" за кормой быстро уменьшалась. Фредди, плотно сжав губы, касался то одного рычажка, то другого, и страшный исполин повиновался ему легко и охотно, как ручной, на диво вышколенный зверь.
- Вот это здорово! - дрожащим голосом вымолвил Бриджес. - Куда нам с нашими патрульными посудинками!
- Да, - коротко сказал Фредди. Голос у него был несчастный. - Куда нам! Отличный корабль! Я на него поставлю автопилот. Он должен работать. Эти существа почему-то не пользовались автоматическим управлением. Уж не знаю, почему, но не пользовались.
Он выключил все, кроме света. Наклонился и подхватил маленький алюминиевый аппаратик, которому предстояло регулировать подачу азота в правую и левую дюзы.
Потом он вернулся к пульту управления и опять включил двигатель. И автопилот заработал. Вполне естественно. Уж если механик Космической патрульной службы что-то смастерил, так на совесть. Фредди тщательно опробовал автопилот. Задал ему точно рассчитанную программу. Повернул три переключателя. Потом взял в руки заранее приготовленный пакетик.
- Идем, - сказал он устало. - Мы свое дело сделали. Вернемся на "Арнину", а там меня, наверное, повесят.
Бриджес, явно сбитый с толку, пошел за ним. Они влезли в космобот, и металлический паучок побежал прочь от огромного чужого корабля, который висел теперь в пустоте в трех милях от "Арнины", покинутый всеми, кроме своей команды - кроме чудищ, спящих в анабиозе. Крейсер встрепенулся и пошел навстречу боту. И тут Фредди сказал сурово:
- Помните Этические уравнения, Бриджес? Я уже говорил, они помогли мне разобраться в двигателе того корабля. А сейчас я выясню еще кое-что.
Неуклюжими пальцами (в перчатках скафандра проделывать все это было несподручно) он извлек что-то из своего пакета, словно пилюлю из коробочки. Полез в какой-то ящик, вытащил оттуда небольшой снаряд (Бриджес едва верил своим глазам) и вложил в него "пилюлю". Потом загнал снаряд в дуло мортирки (бот по старой привычке оснащали оружием). И дернул шнур. Вспыхнул запал. Облачко газов прихлынуло к скафандрам и тотчас рассеялось. В пустоту понеслась жаркая рдеющая искорка. Проходили секунды. Три. Четыре. Пять...
- Видно, я болван, - сказал Фредди.
Бриджес никогда еще не слыхал, чтобы кто-нибудь говорил таким мрачным, загробным голосом.
И вдруг стало светло. Да как! Во тьме, где, все уменьшаясь, уносилась к невообразимо далеким звездам красная трассирующая искорка, внезапно вспыхнуло слепящее голубовато-белое зарево, каких не видывали даже на испытательных полигонах Космического патруля. Если не считать полуфунтового трассирующего заряда, здесь неоткуда было взяться веществу, которое могло бы взорваться. Но Бриджесу даже сквозь стекло шлема опалило лицо жестоким жаром. И все кончилось.
- Что это? - спросил он, потрясенный.
- Этические уравнения, - сказал Фредди. - Видно, я все-таки не совсем болван...
"Арнина" подошла вплотную к боту. Фредди не перешел на крейсер. Он закрепил маленькое суденышко в гнезде и включил внутренний передатчик шлемофона. Он начал что-то говорить, но Бриджес теперь не мог его слышать. Минуты через три открылся широкий люк и появились четверо в скафандрах. На одном был гребенчатый шлем с четырехканальным передатчиком, - такой шлем надевает лишь командир, покидая крейсер во главе разведывательного отряда. Четверо вышли из люка "Арнины" и втиснулись в крохотный бот. И снова по радио в наушниках угрюмо, холодно зазвучал голос Фредди.
- У меня есть еще несколько снарядов, сэр. Это трассирующие снаряды, они пролежали в боте восемь дней - все время, пока мы работали. Они не такие холодные, как тот корабль, потому что он остывал две тысячи лет, но все-таки холодные. По моим расчетам, градусов восемь или десять выше абсолютного нуля, не больше. А это - образчики вещества с того корабля. Вы можете их потрогать. Наши скафандры практически не проводят тепла. Если вы возьмете эти осколки в руку, они не согреются.
Бриджес видел, как капитан оглядел кусочки металла на ладони Холмса, вставил один образчик в головку снаряда, зарядил мортирку и выстрелил. Снова, стремительно уменьшаясь, умчалась в пустоту рдеющая искорка.
И снова - чудовищный атомный взрыв.
И голос капитана в наушниках:
- Сколько еще образцов вы там взяли?
- Еще три, сэр, - теперь Фредди говорил твердо, уверенно. - Видите ли, сэр, дело вот в чем. На Земле таких изотопов нет. А нет их потому, что, соприкасаясь с другими изотопами при нормальных температурах, они теряют устойчивость. Они взрываются. Здесь мы вложили их в снаряд, и ничего не произошло, потому что оба изотопа охлаждены почти до температуры жидкого гелия. Но в трассирующем снаряде есть светящаяся смесь, во время полета она сгорает. Снаряд разогревается. И когда любой из тех изотопов, в контакте с нашим, согреется до... скажем, до температуры жидкого водорода... они попросту взаимно уничтожаются. Весь корабль состоит из таких же материалов. Его масса - примерно сто тысяч тонн. Если не считать алюминия и еще двух-трех элементов, которые у нас и у них одинаковы, весь этот корабль до последнего винтика, оказавшись в контакте с материей из нашей Солнечной системы при температуре десять или двенадцать градусов выше абсолютного нуля, просто-напросто взорвется.
- Попробуйте взорвать остальные образцы, - отрывисто приказал капитан. - Надо знать наверняка...
В пустоте вспухли три гигантских газовых облака. Потом тьму разорвали три слепящие вспышки невиданно яркого голубовато-белого пламени. Молчание. А потом...
- Эту штуку надо уничтожить, - тяжело сказал капитан. - Ее негде поставить на прикол, да и команда может в любую минуту проснуться. У нас нет оружия, чтобы их одолеть, а если они вздумают посадить свою посудину на Землю...
Исполинская рыбина, праздно висевшая в пустоте, вдруг шевельнулась. Из отверстий в головной части, похожих на жаберные щели, брызнули струйки пламени. Потом с одной стороны струя стала сильнее. Чудовище круто повернулось, выровнялось и ринулось вперед - быстрей, быстрей, и при этом необычайно плавно. Скорость нарастала молниеносно, такое недоступно было ни одному кораблю землян. Великан обратился в крохотную далекую точку. И растаял в пустоте.
Но он летел не в глубь нашей системы, не к Солнцу. И не к полумесяцу Юпитера, ясно видному в стороне - до него теперь оставалось каких-нибудь семьдесят миллионов миль.
Он улетал к звездам.
- Еще несколько минут назад я был не совсем уверен, - нетвердым голосом произнес Фредди Холмс. - Но по Этическим уравнениям было вполне вероятно, что произойдет нечто в этом роде. Я не мог проверить, пока мы не извлекли из этого корабля всю информацию, которую только можно извлечь, и пока я там все не наладил. Но меня с самого начала это грызло. Из Этических уравнений совершенно ясно: за всякий ложный шаг мы неизбежно поплатимся... Мы - это значит вся Земля, потому что появление пришельцев из космоса неминуемо отразится на всем человечестве. - Голос его дрогнул. - Было очень трудно рассчитать, как тут нужно действовать. Только... ведь если бы в такой переплет попал какой-нибудь наш корабль, мы бы надеялись на... на дружелюбие. Надеялись бы, что нам дадут горючего и помогут отправиться домой. Но этот корабль - военный, и в бою нам бы его нипочем не одолеть. И отнестись к нему дружески тоже нелегко. А все-таки, по Этическим уравнениям, если мы хотим, чтобы первый контакт с чужим разумом пошел нам на пользу, следовало снабдить их горючим и отправить домой.
- То есть... - не веря своим ушам, начал капитан. - Значит, вы...
- Их двигатели работают на азоте, - сказал Фредди. - Азот-пятнадцать поступает в небольшой аппаратик, мы теперь знаем, как его сделать. Он очень прост, но это своего рода атомный реактор. Он разлагает азот-пятнадцать на азот-четырнадцать и водород. Я думаю, мы сумеем это использовать. Азот-четырнадцать есть и у нас. Держать его можно в алюминиевых баках и направлять по алюминиевым трубкам, ведь алюминий-то один и устойчив при всех условиях. Но когда азот сталкивается в дюзах с теми, не нашими изотопами, он распадается...
Фредди перевел дух.
- Я поставил им два алюминиевых бака с азотом, а их атомный реактор замкнул накоротко. Азот-четырнадцать пошел прямо в дюзы - и корабль получил ход! И потом... я высчитал, по какой орбите они к нам прилетели, и задал автопилоту обратный курс к их солнечной системе - они пролетят столько времени, на сколько хватит азота из первого бака. Из сферы притяжения нашего Солнца они уж во всяком случае вырвутся. И я заново подсоединил термобатареи к саркофагам. Они проснутся, обнаружат автопилот и поймут, что кто-то им его поставил. Те два бака с горючим в точности такие же, как их собственные, и они сообразят, что это запас горючего для посадки. Может быть... может быть, они вернутся к себе домой еще через тысячу лет, но все равно тогда они будут знать, что мы вели себя по-дружески и... и не испугались их. А мы пока узнали все про их технику, мы ее изучим, и освоим, и пустим в ход...
Фредди умолк. "Арнину" с выключенным двигателем медленно сносило к Солнцу, она уже миновала орбиту Юпитера, маленький космобот прочно прилип к корпусу крейсера.
- Командиру Патруля извиняться перед подчиненным - это уж из ряду вон, - хмуро сказал капитан. - Но я прошу прощенья, что считал вас дураком, мистер Холмс. А как подумаю, что я сам, да и всякий опытный командир наверняка только о том бы и заботился, чтоб поскорей оттащить эту находку на Базу для изучения... как подумаю, что в этой штуке сто тысяч тонн... и каково было бы Земле после такого атомного взрыва... Еще раз прошу меня простить!
- Если уж кто должен просить прощенья сэр, так это я, - смущенно проговорил Фредди. - На "Арнине" все уже считали себя богачами, а я оставил их ни с чем. Но, видите ли, сэр, Этические уравнения...


Заявление Фредди об отставке, отосланное вместе с его докладом о подробном обследовании чужого корабля, вернулось с пометкой "отказать". Лейтенанту Холмсу велено было явиться на скромную патрульную посудинку из тех, что несут самую тяжелую службу: на таких суденышках новичок не знает ни отдыха, ни срока, в поте лица овладевает премудростями своего дела и поминутно получает взбучку. И Фредди ликовал, потому что больше всего на свете он хотел работать в Космическом Патруле. Дядюшка тоже был удовлетворен: его вполне устраивало, что доволен племянник, да притом кое-кто из космических адмиралов свирепо заявил ему, что Фредди очень пригодится в Патруле и своим чередом добудет почет и уважение, чины и награды, и совсем незачем для этого всяким политикам совать нос, куда не просят. А Управление Космической Патрульной службы ликовало, потому что в руках у него оказалось множество технических новинок, и теперь Патруль сможет не только следить за межпланетными перелетами, но, когда надо, охранять их от всяких случайностей.
И все это полностью удовлетворяло Этическим уравнениям.
Мюррей Лейнстер. Этические уравнения